Сергей Аржанников. Подосколково обозрение.

Подосколково       Обозрение.

________________________________________________________________

НОВОСТИ ИЗ ХАРЧЕВНИ.

Важная новость! Добыт старинный рецепт приготовления бульона из далёкого 19 века. Этот рецепт удалось добыть нашему специалисту по кулинарному делу Конфуцию Голодняку, который сам расскажет об этом.

                                                                                          Леонид Элементарный

                                                                                          ответственный секретарь

Да! Это было трудное дело, добыть этот рецепт у такого скупердяя, как этот повар Недоедов, это можно сказать героизм и верх моей изобретательности.

Этот Недоедов - повар харчевни «Три карася», который и в наши дни готовит свои харчи по старинным рецептам 19 века, которые ему достались по наследству от своего прапрадеда, содержателя харчевни «Три карася и окунь».

Долго пришлось подливать в стаканчики и заговаривать ему зубы, пока он не сдался.

Так что один рецепт он выдал, обещал и ещё кое-что рассказать.

Сготовим и пробуем.

                                                                                           Конфуций Голодняк

                                                                                           кулинар

   

БУЛЬОН из ГОВЯДИНЫ. КОНСОМЕ.

Подготовить: на каждого едока по ½ фунта (200 г.) говядины и на каждый взятый фунт (400 г.) говядины по 1 яйцу.

Чтобы приготовить хороший крепкий бульон рассчитывается обыкновенно на каждого едока ½ фунта (200 г.) говядины. Говядину отделяют от костей, режут кусками, кладут в кастрюлю и туда же помещают кости и солят по вкусу. Всё заливают холодной водой, закрывают крышкой и хорошо уваривают на медленном огне. Когда говядина сделается так мягка, что свободно может отщипываться на мелкие куски, тогда говядину вытаскивают, но кости оставляют, доливают опять столько воды, сколько её убавилось, кладут по 1 штуке разных кореньев и продолжают кипятить. При варке пену надо снимать. Когда коренья уварились, бульон процеживают через салфетку, и приготовленный таким образом бульон очень вкусен и питателен.

Некоторые считают, что бульон ещё пикантнее на вкус, если к говядине прибавляют на 1/3 её веса мясо телёнка и немного какой-либо домашней птицы, преимущественно курицы. Но, наверное, это скорее предубеждение или просто каприз повара, а между тем в хозяйственном отношении составляет известного рода материальный расчет, в особенности при большом семействе. Если бульон будет не очень прозрачен, то его очищают яйцом. Для чего поступают так: когда бульон процежен, то на каждый взятый фунт (400 г.) говядины берут 1 яйцо, которое хорошо размешивают с охлаждённым до температуры парного молока бульоном. Потом ставят опять на плиту и, постоянно мешая, дают ему хорошо вскипеть раза два и вторично процеживают через салфетку.

БУЛЬОН или КОНСОМЕ по-французски.

Подготовить: 2 фунта (800 г.) говядины, 1 фунт (400 г.) телятины, ½ курицы и по 1 штуке разных кореньев, 1 рюмку мадеры.

Делается всё также как указано выше при приготовлении бульона. После того, как бульон очистят яйцом, прибавляют мадеру.

                                                                                               Харчевня «Три карася»

                                                                                               повар Недоедов 

Подосколково Обозрение.

Размышления

Ушёл из жизни Уго Чавес!

Настоящий полковник. Великий борец за права трудового народа своей страны, борец против полностью загнившего международного империализма и скорчившегося в кризисе капитализма. Бич олигархов! Герой бедняков! Как он сам себя называл. Подосколковцы скорбят. Подосколковское начальство молчит, так как ещё не получили указаний от руководства.

Снимаю свою кепку, чтобы почтить память об этом человеке!

                                                                                      Размышлял,

                                                                                      А. Кнопкин-Стартинский.

                                                                                      (редакционный слесарь)

Сергей Аржанников. Литературная страница.

СКАЗ О ЗАКОНЕ РОССИЙСКОМ.

ПЬЕСА

Действующие лица:

Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский, Странствующий Рыцарь -

Закон российский.

/Для справки: Дата рождения 1992 год.

Родители: Власти предержащие обо всем скромно пекущиеся/.

Мальчуган Андрес -

Работник /он же простой народ/.

Хозяин -

он и есть хозяин /работодатель, владелец заводов, газет, пароходов, он же опора государства, его краса и гордость, цвет общества и кормилец/.

Доротея –

Национальная экономика /без комментариев/.

Санчо Панса –

Социальная защита населения /без комментариев/.

Действие происходит на страницах романа Мигеля де Сервантеса Сааведра «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский», часть 1, глава 31 «О любопытной беседе, которую вели между собою Дон Кихот и его оруженосец Санчо Панса, равно как и о других происшествиях».

Вступление.

В начале действия идет продолжительная беседа Дон Кихота с Санчо Пансой о Дульсинее Тобосской. Затем маэсе Николас крикнул, что нужно сделать привал у родника. Спешившись возле источника, все, - правда, слегка, - утолили мучивший их голод тем, что священник промыслил на постоялом дворе. И вот тут начинается действие настоящей пьесы.

В это самое время по дороге шел какой-то мальчуган (работник, он же простой народ); в высшей степени внимательно оглядев тех, кто расположился возле источника, он со всех ног бросился к Дон Кихоту (закону российскому) и, обняв его колени, нарочито жалобно заплакал и сказал:

АНДРЕС (простой народ).                       

Ах, государь мой! Вы не узнаете меня, Ваша милость?                    Посмотрите хорошенько, я тот самый мальчик Андрес, который был привязан к дубу и которого вы, Ваша милость освободили.

/Дон Кихот узнал его и, взяв за руку, обратился к присутствующим с такими словами/.

ДОН КИХОТ (закон российский).        

Дабы ваши милости уверились в том, как важно, чтобы жили на свете странствующие рыцари, которые мстят за обиды и утеснения, чинимые людьми бессовестными и злыми, да будет вашим милостям известно, что не так давно, проезжая по лесу, услышал я жалобные крики и стоны, - так стонать могло лишь существо униженное и беззащитное. Побуждаемый чувством долга, я поспешил туда, откуда, как мне казалось, слезные эти стоны долетали, и увидел привязанного к дубу мальчика, того самого, который ныне стоит перед вами, чему я от души рад, ибо он может подтвердить, что все это истинная правда. Итак, голый до пояса, он был привязан к дубу, и его стегал поводьями некий сельчанин, - как я узнал

потом, его хозяин. Увидевши это, я тотчас спросил, что за причина столь нещадного бичевания. Грубиян ответил, что сечет он его потому, что это его слуга и что некоторые оплошности мальчугана проистекают не столько от его бестолковости, сколько от жуликоватости, на что отрок сей возразил: «Сеньор! Он бьет меня только за то, что я прошу у него свое жалованье». Хозяин стал оправдываться и разливаться соловьем, я же выслушать его выслушал, но оправданий не принял. Коротко говоря, я велел отвязать мальчика и взял с сельчанина клятву, что он пойдет с ним домой и уплатит ему все до последнего реала, да еще с благодарностью.

Не так ли, милый Андрес?

Заметил ли ты, каким властным тоном отдал я это приказание и с каким подобострастным видом обещал он исполнить то, что я повелел, предписал и потребовал?

Отвечай, - не смущайся и не робей. Расскажи этим сеньорам все, как было, дабы они уразумели и признали, какое это великое благо, что на больших дорогах можно встретить странствующих рыцарей.

АНДРЕС (простой народ).                     

Все это совершенная правда, ваша милость. Вот только кончилось это дело не так, как ваша милость предполагает, а как раз наоборот.

ДОН КИХОТ (закон российский).      

Почему наоборот? Разве сельчанин тебе не уплатил?

АНДРЕС (простой народ).                 

Не только не уплатил, а, едва успела ваша милость выехать из лесу и мы остались вдвоем, он снова привязал меня к тому же самому дубу и так мне всыпал, что у меня чуть кожа не лопнула, вроде как у святого Варфоломея.

И лупил он меня с шуточками да прибауточками и все прохаживался на ваш счет, так что, если б не боль, я покатывался бы со смеху. В конце концов скверный мужик так немилосердно меня отстегал, что по его милости я до сего дня пролежал в больнице. А виноваты во всем этом вы, государь мой, - ехали бы вы своей дорогой, не лезли, куда вас не спрашивают, и не      вмешивались в чужие дела, тогда мой хозяин от силы раз двадцать пять стегнул бы меня, затем отвязал и уплатил бы мне долг. Но как ваша милость ни с того ни с сего оскорбила его и наговорила грубостей, то он воспылал

злобой, а как выместить ее на вас, государь мой, он не мог, то, когда вы удалились, вся туча вылилась на меня, и останусь я, видно, теперь на всю жизнь калекой.

ДОН КИХОТ (закон российский).      

Ошибка моя заключается в том, что я уехал, не подождав, пока он тебе заплатит. Мой большой опыт должен был бы мне подсказать, что смерд никогда не держит слова, коли это ему невыгодно. Но ведь ты помнишь, Андрес, я же клялся, что если он тебе не заплатит, то я стану искать его и найду, хотя бы он прятался во чреве китовом.

АНДРЕС (простой народ).          

Совершенная правда, да что толку!

ДОН КИХОТ (закон российский).   

Вот ты увидишь, какой от этого толк.

/С этими словами он вскочил и велел Санчо взнуздать Росинанта, который пасся, пока они закусывали.

    Доротея (она же национальная экономика) спросила, что он намерен предпринять. Он ответил, что намерен отправиться на розыски смерда, назло и наперекор всем смердам на свете наказать его за дурной поступок и заставить уплатить Андресу все до последнего мараведи.

    Она же, напомнив Дон Кихоту, что, согласно данному им обещанию, он не вправе заниматься другими делами, пока не доведет до конца ее дело, примолвила, что все это ему должно быть известно лучше, чем кому бы то ни было, а потому пусть-де он умерит свой пыл, коли еще не отвоевал ее королевства./

ДОН КИХОТ (закон российский).     

И то правда. Придется Андресу потерпеть, пока я, как вы изволили заметить, сеньора, отвоюю королевство.

Но я еще раз обещаю и клянусь, что не успокоюсь до тех пор, пока не отомщу за него и не заставлю ему уплатить.

АНДРЕС (простой народ).              

Не верю я вашим клятвам. Любой мести на свете я предпочел бы, чтобы у меня было сейчас с чем добраться до Севильи. Коли найдется у вас что-нибудь поесть, дайте мне с собой, и оставайтесь с богом вы, ваша милость, и

все странствующие рыцари, чтоб с ними все так рыцарствовали, как они порыцарствовали со мной.

/Санчо (социальная защита), выделил из своего запаса кусок хлеба и кусок сыру и отдал их мальчугану./

САНЧО (соцзащита).                       

На, братец Андрес, нам всем выпала такая же горькая доля.

АНДРЕС (простой народ).        

Какая же доля выпала вам?

САНЧО (соцзащита).                         

Вот эта самая доля хлеба и сыра. Да еще, кто знает, может, у меня и хлеба-то с сыром не будет, потому, приятель, было бы тебе известно, что нам, оруженосцам странствующих рыцарей, приходится терпеть и муки голода, и удары судьбы, и разные другие вещи, весьма чувствительные, но почти непередаваемые.

Андрес схватил хлеб и сыр и, видя, что никто ему больше ничего не дает, понурил голову и, как говорится, пошел отмерять шаги. Впрочем, на прощанье он сказал Дон Кихоту следующее:

АНДРЕС (простой народ).             

Ради создателя, сеньор странствующий рыцарь, если вы еще когда-нибудь со мной встретитесь, то, хотя бы меня резали на куски, не защищайте и не выручайте меня и не избавляйте от беды, ибо ваша защита навлечет на меня

еще горшую.

/Дон Кихот хотел было встать, чтобы проучить его, но Андрес так припустился, что никто не дерзнул броситься за ним в погоню.

Рассказ Андреса привел Дон Кихота в великое смущение, и присутствовавшим надлежало крепко держать себя в руках, чтобы не рассмеяться и не смутить его окончательно/.

***

Вот и весь сказ. Не испугался жадный хозяин славного рыцаря-правозащитника Дон Кихота Ламанчского. Не боится он и Закона российского. Да он вообще никого не боится, ни странствующих рыцарей, ни законов, ни своего Создателя.

Слаб закон. Но он и не виноват, таким его сделали его родители. Да и некогда ему. Он сильно занят Доротеей, тьфу…, пардон, то есть национальной экономикой. Добывает ей королевство, а на это может уйти и сто и пятьсот и тысяча лет.

А может и нет никакого королевства, и не добыть его никогда. Поживем – увидим, а может, и не доживем. Ведь не дожил же мальчуган Андрес до наших дней, хотя и затрещины и подзатыльники и битье и мошенничества да ущемления получал от жадного хозяина исправно.

Так что придется потерпеть. Нам не привыкать! 

                                                                         Размышлял,

                                                                         А. Кнопкин-Стартинский.

  

Сергей Аржанников. Поэтическая тетрадь.

Осенний пейзаж к стихотворению

"А любовь приходит в наш дом..."

Сергей Аржанников. Поэтическая тетрадь.

А ЛЮБОВЬ ПРИХОДИТ В НАШ ДОМ…

Осень лишь косые дожди

С неба проливает,

Ветер, разгоняя листву,

Ничего не знает.

А любовь приходит в наш дом,

Весело смеется,

Но составить счастье вдвоем,

Все не удается.

Все ушло совсем далеко

И меня не слышит,

Может телефон зазвонит,

Может, что напишет.

А любовь приходит в наш дом,

Весело смеется,

Но составить счастье вдвоем,

Все не удается.

Может быть, поехать куда,

Сам того не знаю,

Может быть, найду там чего,

Может, потеряю.

А любовь приходит в наш дом,

Весело смеется,

Но составить счастье вдвоем,

Все не удается.

Невозможно жизненный круг

Описать словами.

Что бывает часто, что вдруг,

Догадайтесь сами.

А любовь приходит в наш дом,

Весело смеется!

Ждать прихода скорой весны,

Что нам остается…

Сергей Аржанников. Прозаический уголок.

КОТ СЕЛА МЕЛЕЧНО

   На широких просторах центральной России под синим небом, на зеленых полях расположилось малоизвестное село Мелечно. Рядом с селом Мелечно, в трех километрах к западу, лежит также малоизвестное село Уржак. И вот однажды там произошло малоизвестное событие, о котором некоторое время говорила вся округа.

   Надо сказать, что в селе Мелечно издавна занимаются молочным хозяйством. Там доят коров, да косят сено, поэтому оно, наверно и называется Мелечно. В селе же Уржак господствуют земледельческие занятия. Там пашут, сеют, да собирают урожай, какой нарастет, коров там не держат. Откуда произошло название села Уржак, никто не знает.

   Случилось так, что однажды уржакскому парню Паше Расческину сильно полюбилась мелеченская девица-красавица Лена Звонкина. Любовь, она штука тонкая и непонятная, видно, поэтому Паша несознательно и зачастил в Мелечно, чтобы поухаживать за Леной.

   Как только у Паши выдавалось свободное время, он тут же бежал к своей Лене и упорно ухаживал. Как-то раз, в один из самых обычных дней Паша заявился в Мелечно в дневное время. Заявился он с несколько вытаращенными глазами и торжественным видом бойца, решившегося на смертельный подвиг.

   Звонкину долго искать было не надо. Она полностью соответствовала своей фамилии, и поэтому ее звонкий голос услышать было легко. К тому же и молчать она не любила.

   Мелеченцы часто поговаривали между собой: - Во, Ленка опять раззвонилась, наверно и за селом слышно!

   Ну, в общем, Паша услышал знакомый звон, и, идя по его направлению, он скоро наткнулся на свою красавицу, что-то жарко обсуждавшую со своей соседкой у магазина.

   Если у Лены голос был звонкий, то у соседки наоборот, глухой, как старое, ржавое железо. Вот и слышалось у них, то дзинь-дзинь, то у-у-у!

   Увидев Пашу, Звонкина оставила свою соседку и подошла к нему.

   - Паша! Ты чего сегодня так рано приперся? Я еще только из магазина иду.

   - Ой! Да что с тобой сегодня? Случилось что?

   Паша стоял с вытаращенными глазами, потом моргнул, открыл рот и выдал что-то вроде: - Бу-бу-бу-бу!

   - Что бу-бу, Паша? Говори по человечески!

   Тут Паша изловчился и, справившись с собой, выпалил: - Руку и сердце! Выходи замуж!!!

   - Ой, Пашка! Конечно, пойду, только вот что. Тебе придется сменить фамилию. Неужели ты думаешь, что я пойду за твою теперешнюю фамилию. Ты думаешь, что я стану Расческиной? Нет, Паша. Расческиной я никак не стану! И не думай. Фамилия у тебя должна быть звучная, вроде как раньше князья, да графы обзывались, что нибудь звериное… Ну, вроде как Львов, Орлов, там…

   - Только Медведева не надо – это обязывает. Жириновского тоже не надо – это слишком почетно.

   - Так что иди Паша в свой Уржак, и подумай, какую фамилию возьмешь. Варианты приноси мне. Я буду выбирать!

   Делать нечего, пошел Павел обратно в свой Уржак за новой фамилией.

   На следующий день все мужское население Уржака, из солидарности, вползло в Пашину фамильную проблему. Список новых фамилий пустили по кругу, он быстро заполнился, и Паша вскоре полетел на крыльях любви в Мелечно с отчетом.

   Взяв в руки список, Звонкина углубилась во внимательное изучение своего будущего счастья. По всей видимости, будущее счастье оказалось весьма веселым, потому, что она вдруг так звонко расхохоталась, что у Паши зазвенело в ушах.

   - Ты где это взял такие фамилии, Пашка? – веселилась Звонкина. Повеселившись, она приняла серьезно-деловой вид и начала разъяснительную работу. Вперемешку с конкурсным отбором.

   - Так вот Паша, некоторые фамилии туда-сюда, но все равно не тянут.

   - Так, так! – сказал Паша, с готовым к серьезному обучению видом.

   - Вот, что ты принес! Иванов, Петров, Сидоров… Вот ещё и Смирнов тут. Весь комплект в сборе. Каждый школьник, Паша, знает, что это самые распространенные фамилии в мире. Их не носи. Их и так много. Запоминай! Слишком распространенных не надо! Понял, Паша!

   - Понял! – мотнул послушной головой Павел.

   - А вот это что?

   - Где? – спросил растерянный Паша.

   - Вот! – ткнула пальцем в список Звонкина, - читай!

   - Бабун, - прочитал Паша.

   - Это что за Бабун? – руки Звонкиной сами собой уперлись в стройные бока, - Что за Бабун, Паша?

   - Так это фамилия такая, ее Васька придумал, - оправдался бедный Паша.

   - Передай своему Ваське, если он еще что-нибудь такое подсунет, я ему такого Бабуна покажу!

   - А это что? Околеев, Барбарисов-Грыжа, Телефонидзе, Пип, Облапошников, Налипняк,  Еле-Мелев, Штанина, Соприкошель, Яга-Удушенцев - зачитала Звонкина, - это кто писал? Тоже твой Васька?

   - Нет. Васька только Бабуна написал. А это все писали, - повинился Паша.

   - В общем, так, Пашуня, забирай свой свиток и дуй в свой Уржак.

   - Ну, принеси же ты мне хоть что-нибудь для души! – ласково проворковала Звонкина, отпуская Павла.

   Когда в очередной раз Звонкина читала Пашин список, то среди фамилий – Замыкайло, Водоопреснителев, Подсадженцев, Пиндюр, Полдничек, Козелец, Ябогуй и Ершак, она наткнулась на две подозрительные фамилии – Кинобаба и Бабунец.

   Звонкина сразу насторожилась:

   - Это опять Васькина работа?

   - Не знаю. Он вообще к списку не подходил. Их не было раньше!

   - Откуда они появились? – удивлялся Паша.

   Звонкина подозрительно и недоверчиво пронзала его взглядом.

   - Наверное, их Васька вписал, когда я отвернулся! – догадался Паша.

   - Нечего головой вертеть, когда важное дело делаешь! – прокомментировала Пашину догадку Звонкина, вычеркивая из списка и Кинобабу и Бабунца.

   Сколько раз бегал Паша со своими списками из Уржака в Мелечно и обратно никто не считал, а подходящей фамилии все не было.

   Надо сказать, что в селе Мелечно издавна существовала библиотека. Ее помнили все мелеченцы с детских лет. Им казалось, что она была всегда.  Библиотека располагалась в одноэтажном белом здании в самом центре села.

   Года два назад в библиотеку завезли партию книг по сельскохозяйственной тематике для развития у мелеченского населения природных зачатков сельскохозяйственных знаний и направления их в научное русло.

   Однако сельскохозяйственная наука впрок не пошла. Мелеченское население начало шарахаться от этой литературы, как черт от ладана.

   Бедная, расстроенная библиотекарша бегала по селу и чуть ли не за руку пыталась затащить поселян в библиотеку за получением сельскохозяйственных знаний. Иногда это ей удавалось. Она подводила очередную жертву этого эксперимента к порогу библиотеки.

   Еще шаг и … И тут жертва вдруг вспоминала, что она либо забыла очки, либо ей нужно срочно бежать по вызову на работу, либо еще что-нибудь. Много на свете существует причин. А один мелеченец даже умудрился сказать, что он вообще неграмотный. Хотя неграмотных вроде бы в Мелечно не наблюдалось. Все аккуратно расписывались в платежной ведомости, когда надо было получать зарплату. Крестов никто не ставил.

   Короче говоря, сельскохозяйственный книжный фонд находился в плачевном и невостребованном простое. Впрочем, как и другие фонды библиотеки.

   Главное, что сильно удивляло библиотекаршу, это какая-то платоническая любовь мелеченцев к чтению. При встрече они все, как один, начинали рассказывать, как они любят посидеть вечерком с книгой и предаться чтению. И, что они обязательно придут за этой книгой. Однако за этой самой книгой ноги их почему-то не доводили. Все оставалось только в мечтах.

   А тут еще нагрянула новая беда. В библиотеке завелись мыши. Откуда они пришли неизвестно, но пришло их много. Подъев у библиотекарши все съестные припасы, которые она приносила из дома, мыши принялись за книжный фонд. Каждое утро, придя на работу, библиотекарша хваталась за голову, обнаружив очередное повреждение библиотечного фонда. Надо было срочно заводить кота. Эта мысль созрела у библиотекарши на третью неделю после очередного мышиного налета.

   В селе Мелечно, почему-то издавна считалось, что уржакские коты лучше мелеченских, зато мелеченские кошки лучше уржакских. Библиотекарша была уверена, что с ее мышами лучше всего справится кот. Поэтому из Уржака привели кота.

   Кот оказался крупным, серого цвета с черными полосами, как у тигра, с желтыми глазами и длинным хвостом. Кота назвали Яковом. Яков сразу понял свою задачу и приступил к делу немедленно. И уже через день все мыши в страхе разбежались кто куда. Яков быстро освоился в библиотеке, где его поселили, и это место жительства ему явно понравилось. Библиотекарша снова начала приносить из дома съестные припасы для себя и для Якова. Иногда, вечером, когда библиотека закрывалась, и библиотекарша шла домой, Яков увязывался следом и шел к ней погостить. Там он первым делом проверял, что у нее растет в огороде, а потом шел на ужин. Но чаще всего ночевал он на своем посту в библиотеке.

   Вскоре, кот, от нечего делать, так как ловить было некого, начал немного хулиганить.

Ночью, когда библиотекарша спала у себя дома, он развлекался в библиотеке с читательскими карточками. Библиотекарша в свое время в ожидании массового прихода мелеченцев за книгой, завела на каждого из них читательские карточки. Потом, подумав, завела читательские карточки и на каждого уржакца, так как библиотеки в Уржаке не было. Она собиралась провести мероприятия по прививанию любви к книге и в Уржаке. Правда пока не знала какие. За ночь кот вытаскивал читательские карточки, сколько мог, разбрасывал их на столе и на полу и ложился на них спать. Еще он любил вытаскивать книги с полок и бросать их на пол. Этим он занимался и в дневное время. Особенно ему нравилась книга из сельскохозяйственного спектра, которая называлась «Особенности биохимии виноделия». Он точно знал, где она находится на полке. Вытащив ее на пол, он открывал ее на любой странице, ложился на нее и засыпал.

   Библиотекарша относилась к проделкам кота спокойно. По утрам она собирала разбросанные карточки и складывала их обратно в ящик, ставила на место книги, делая при этом коту замечание, которое он с удовольствием выслушивал, жмуря глаза. В общем, кот с библиотекаршей жили хорошо, друг друга не обижали и при полном спокойствии. Мышей не было, читателей тоже не было.

   Между тем Звонкина с Пашей все еще мучились с выбором фамилии. В очередной раз они взялись за обсуждение нового списка, встретившись напротив библиотеки. В это время на пороге библиотеки показался кот Яков. Он важно посмотрел направо, потом налево и пошел прямо. Остановившись около Звонкиной, он потерся о ее стройные ноги.

   Вдруг Звонкина замерла, уставившись на кота.

   - Паша! Нашла! Есть фамилия! Его ведь Яков зовут?

   - Яков, - подтвердил Павел.

   - Вот ты и будешь Яковлев, а я Яковлева!

   Вот так и закончилась эта история с выбором фамилии будущей супруги.

   Прошел год. По селу Мелечно шла процессия. Их было четверо. Впереди вышагивал Паша, везя перед собой детскую коляску. Рядом с ним шла, поглядывая на него, счастливая Звонкина и что-то опять ему втолковывала. Третьим был тот, кого везли в детской коляске. Плод их счастливой любви – молодой Яковлев. А может Звонкин? Или Расческин?

   Мы этого знать не можем, потому что не знаем, удалось ли Паше стать Яковлевым или нет. А может Звонкина передумала, такое тоже бывает. Точно об этом знают только в Уржаке и Мелечно. До нас эти сведения как-то не дошли. Их заслонили другие события, более свежие и интересные. Ведь жизнь не стоит на месте.

   Позади этой процессии вышагивал кот Яков, он был четвертым. Дойдя до библиотеки, он важно посмотрел направо, потом налево, подумал, и зашагал в свою библиотеку, наверно решив, что пора поспать на своей любимой книге «Основы биохимии виноделия».   

Сергей Аржанников. Поэтическая тетрадь.

МАЙСКИЙ ДЕНЬ.

Вот закончился апрель, наступило время мая.

Загудел сердито шмель, майский воздух сотрясая.

Яркой зеленью, цветами запестрели враз луга.

В синем небе спят лениво белой ваты облака.

И ничто их не тревожит, путь их волен и широк.

Поплывут, куда подует свежий майский ветерок.

В приоткрытое окошко заглянул сирени цвет,

И душистым ароматом призывал сорвать букет.

В приоткрытом том окошке солнца луч растаял вдруг.

Цвет сирени закачался, ветра вихрь в саду промчался,

Потемнело все вокруг.

Потемнело. Небо в тучах. Громыхает майский гром.

И, ярясь, как бы играя, молнии сверкают в нем.

Эти грозные раскаты и дождя неровный шум

Вновь зовут воспоминанья, они просятся на ум.

Кому пишешь, дорогая, свое длинное письмо?

Может мне, может другому предназначено оно?

Если мне, то это счастье, ведь ты знаешь обо всем.

Если нет, тогда ненастье посетит мой скромный дом.

Ну, да ладно, что же делать, лишь гадая, что да как.

Лучше мне тебя проведать и узнать, что все не так!

И в раскатах этих грома я сижу перед огнем,

Собирая мысли вместе, что я буду делать днем.

А сейчас пора ложиться, время позднее уже.

Перед сном водой умыться, тебя вспомнить в неглиже.

Вот и лег, но все не спится, закрываются глаза,

На подушку, вдруг сбегает благодарная слеза.

И гроза уж утихает, дождь шуметь перестает,

В светлых отблесках играет струй бесчисленных полет.

Все затихло. И в окошко свежий майский аромат.

Он вливается.

Ему я, правда, бесконечно рад!